[Гостевая публикация Ша Радио]. Обидеть мальчика

У нее была странная, это я теперь понимаю, прическа, и наглые глаза. Когда я пытаюсь собрать тот образ из частей разбитого вдребезги временем отрочества, получается какой-то щербатый, неполный вариант. Это похоже на обвалившуюся фреску или часть мозаики, которую не пощадило время. Малиновые губы, «квадратная» копна волос, синий школьный форменный костюм и бедра, затянутые в черные колготки с «зацепками»…

Бедра эти меня и зацепили. Я не мог отвести от них глаз. Я сидел за партой двумя рядами ближе от нее к доске, и мне приходилось все время, в полоборота, делать вид, что мне что-то нужно взять / передать / сказать. Все это время мой взгляд был прикован к этим завораживающе узким, еще не совсем женским, бедрам.

Наверное, тогда впервые я ощутил, что такое фетиш, еще не зная значения самого слова. Я был влюблен в эти бедра за черной полупрозрачной вуалью капрона. Они глядели на меня из под школьной парты, смеялись надо мной, манили меня в какие-то дали. Бедра этой девочки, то ли Юли, то ли Наташи, дразнили такой недосягаемой досягаемостью. Мои мысли занимало желание провести по ним ладонью, почувствовать легкую крутизну формы и шершавость облачения. Я был так близок и так далек одновременно. Почти у цели.

Четырнадцатилетний мальчик не знает как превратить желаемое в достигнутое. Я так и не дотронулся до ее бедра. Но отчетливо помню, как ревновал эту одноклассницу к другим мальчишкам в школе. Они были допущены в круг ее общения. Они наверняка тоже не коснулись этого завораживающего предмета моих тогдашних желаний. Ну уж точно не в тот год. И все же я по-настоящему жгуче ревновал. Ревновал, не имея на это права, ревновал от бессилия своей стеснительности. Чувствовал несостоятельность своих желаний, несостоятельность самого себя. Эта ревность, нелогичная по своей сути, испепеляла меня изнутри, была обидной почти до слез, и никак не излечимой.

Ревность необладания, так я ее определяю, самая безысходная ревность в нашем наборе. Невозможно разрешить ее, ни скандалом, не прощением. Только забвение. Остыть к предмету своей ревности. Это может помочь (или нет).

Прошли годы. На самом деле, много лет. Глядя на это с высот (или низин) своей зрелости, опыта и количества девочек, чьи бедра я держал в руках, мне, конечно, немного смешно и немного грустно наблюдать за собой тогдашним. Та ревность до сих пор вызывает посасывание под ложечкой и желание встряхнуть головой, чтобы картинка сменилась, покрывшись мелкой рябью — зацепками на колготках четырнадцатилетней Юли или Наташи (я честно не помню).

Много колготок, чулок, кружев и атласа побывали в моих ладонях. Наверное, в большем количестве, чем у среднестатистического, выросшего из четырнадцатилетнего возраста, мальчика. Часть по любви, но большая часть — из чистого вожделения, сиюминутной радости обладания.

В моей жизни появилась Она. Собирательный образ Моей Женщины. Женщины, которую хотелось встретить, чтобы уже остаться, прекратить движение, либо двигаться вместе. Навсегда. Встретив Ее случайно в уже не существующем Тель-Авивском баре, я стал ее, а она — моей. Наши отношения быстро превратившись в брак, стали отправной точкой очень многого. Вообще всего. Такой себе Большой Взрыв. Это касается секса, карьеры, увлечений, друзей, интересов. И конечно, ревности. Ревность к Хозяйке, в отличие от других ревностей, которые я испытывал за свою жизнь, видоизменялась. Да что там «видоизменялась», видоизменяется она и по сей день. Что, кроме всего прочего, доказывает ее существование и сейчас.

Из уже описанной мною «ревности необладания», когда желаешь женщину, а она недостижима. Но, по крайней мере теоретически, достижима для других. Ревность эта переродилась в ревность охранения (не путать с охренением, хотя что-то в этом есть). Ревность охранения, видится мне как производная атавистическая страсть, которая есть в каждом, кто обладает чем-то.

Правильно это и по отношению к тому, кто только думает, что обладает. Да, обладание зачастую может оказаться вымышленным, фантазийным, не реальным. Ревность охранения испытывает филателист, пряча альбом редких марок в сейф, и Кощей Бессмертный, «чахнущий над златом». Ревность изобретателя, к коллегам и конкурентам, того же свойства и происхождения. Это чувство движет нашими действиями, почти инстинктивно, заставляет отгавкиваться от окружающих, снисходительно относиться к успехам субъективных конкурентов- посягателей и… страх.

Страх потерять приобретенный объект этой самой ревности. Ведь если я раньше Ей не обладал, нет и гарантии, что Она не перестанет быть моей через мгновение. И так, обидная ревность не-обладания, плавно но верно превращается в пугающую ревность охранения.

Наверно уже заметно, что я тут описываю далеко не приятные ощущения и состояния моего (и вашего) сознания (и немного несознания). Обе эти ревности исключительно деструктивны. Движимые ими, мы обязательно, в той или иной мере, вредим себе и своим партнерам по отношениям. Будь это жена, любовница, друг или коллега.

В какой-то момент отрицательность эмоций, которые питают нашу ревность, заставят совершить необдуманный поступок, разорвать отношения, высказать неподобающее. И вообще, эти ревности сковывают наше существование, как цепи. Они тянут нас в пучину домыслов, ночных кошмаров и ошибок, которые трудно или невозможно исправить.

Откуда берется этот страх потери? Вот же, она говорит, что ты ей нравишься, она занимается с тобой сексом, она уже живет с тобой… Но она такая классная, красивая, начитанная, цитирует поэтов, везет тебя к родителям в Питер. Она крутой бармен в Тель- Авивском модном клубе, она вызывающе одевается и тусуется с интересными (интереснее тебя) людьми. А тут ты. При ней. Как ты осознаешь себя? Те не высок, не мускулист. Ты не помнишь ни одного стихотворения наизусть. И родился ты в каком-то провинциальном городишке на западной оконечности, уже не существующей Империи.

Если в этот момент, не смог определить для себя, чем ты хорош… нет, чем ты лучше потенциальных конкурентов, никто, включая объект твоих желаний и ревности, не сможет переубедить, вылечить тебя, от этого пугающего чувства — «все сейчас закончится».

Не успев насладиться этой диковинной находкой, этой женщиной своей мечты, ты потеряешь ее. В пользу окружающих Лучших. И если этого недостаточно, она выхватить из рукава, между соблазнительной кожей и модным текстилем, Великого и Ужасного. Это обязательно будет ее Легендарный Бывший. Он старше, опытнее, талантливее. Он неимоверно умен, эрудирован и артикулирован. Еще лучше, он знаменит! Ты бросаешься в бой.

Ты готов рвать его на куски. Ты цепляешься зубом за его подметку и мотаешь головой из стороны в сторону, чтобы оторвать от Него кусок. «Смотри моя любовь, я уже побеждаю! Я отдам жизнь в этом неравном бою. Отдам, но докажу!..». И не важно что чудища нет. Он даже не похож на ветряную мельницу, а у тебя не андалузский выговор. Ты ринулся в бой, движимый ревностью охранения.

Пройдут годы. Твое обладание теперь охраняет министерство внутренних дел и клерикальные инстанции. У вас общие дети, общий дом и общий счет в банке. Но желание «чахнуть над златом» не проходит. И чем сильнее ты любишь ее, тем сильнее гонит тебя в огонь эта неизбывная ревность. Ревность охранения.

Вообще, в моем сегодняшнем понимании у любой ревности есть два основных ингредиента. Их соотношение в рецепте может быть разным. Иногда, для блюда хватает и одного, но чаще всего, чтобы приготовить отменную ревность нужно использовать оба. Эти две составляющие: неуверенность в собственной состоятельности и недостаточная любовь.

Начну с первого — это легче объяснить.

Все мы, в такой или иной мере не уверены в себе. Кто-то думает, что недостаточно красив, а кому-то кажется, что не умеет элегантно изложить свою мысль. Кому-то «не хватает» денег, а другому умения кататься на лыжах. Мы проецируем подразумевающиеся желания окружающих, на кажущиеся нам наши-же «недостатки».

Девушка стоит перед зеркалом и крутит в голове ржавый скрежещущий молитвенный барабан. На барабане огненными буквами: «Я толстая!». У этого утверждения нет никакой связи с реальностью. Или есть. Это совсем не важно. Девушка не оценивает свой внешний вид, соотнося его с килограммами или сантиметрами. Она этого не делает, даже сравнивая со своим собственным эталоном стройности. Бедняжка мучает себя, сравнивая формы тела в зеркале, с мнимым ею идеалом красоты своего партнера.

Даже если он тысячу раз скажет ей, что все не так, что она замечательна, стройна и сексуальна. Более того, даже если признается ей, что недостаточно «объемна», ибо у мальчика фетиш на крупные мазки и теплые оттенки… Ничего не поможет. Она не уверена в своей состоятельности. Она будет продолжать корить природу и себя, за не сбывшиеся мечты и обманчивые диетические посулы. Все в песок.

Таких «историй» существует почти столько-же, сколько сознательных людей на планете. От угрызений несостоятельности страдают самые уверенные в себе люди. Хоть чуть-чуть, капельку, но страдают. Мы уже видели, что это чувство рождается в голове на фоне сравнения. Совсем не важно, сравниваем-ли мы с реальным эталоном или вымышленным.

Пользуемся реальной, реалистичной оценкой или нет. Все рождается, тлеет и надеюсь умирает в нашей голове. Теперь, когда мы уже «обогатились» чувством несостоятельности в чем-то одном, или целым букетом, давайте станем сравнивать себя с окружающими девочками и мальчиками. Окружающими не нас, а нашего партнера. Вот они: сексуальны, стройны, умны и успешны.

Все вместе и по отдельности — это потенциальные сознательные или несознательные конкуренты нам. Вот он, тот самый компост, на котором вырастет ревность. Ревность необладания (если мы думаем о ком-то, кто еще не стал нашим партнером) и ревность охранения (если каким-то чудом стал).Чем больше в нас чувства несостоятельности, тем сильнее и чаще будет проявляться ревность….

О средствах, которые по моему мнению можно применять для «лечения», поговорим позже. Давайте перейдем к более сложной части. В которой я утверждаю, что вторая составляющая вашей ревности это недостаточная любовь.

Понимаю, такое заявление кажется нелогичным. Более того, многие скажут, что это глупость, попытка эпатажа или искусственная конструкция, которую автор придумал для объяснения своих корявых концепций. Отнюдь.

Мой опыт, и опыт многих мальчиков и девочек, особенно находящихся в разной степени открытости отношениях, учит нас: любовь — в первую очередь, желание позволить своему партнеру максимально возможное количество и качество удовольствия. Ну представьте, что вы прочли восхитительную книгу.

Не станете же вы прятать ее от любимой жены или любовника. Вам захочется дать наслаждение от этой книги человеку, который важен вам. Вам хочется, чтобы он получил удовольствие. А теперь мы идем по улице и покупаем мороженое. Не поделитесь с девушкой своей мечты?! А если за углом она найдет вкуснее? Обидитесь и запретите пробовать?

Похожее происходит во всех областях нашего существования. И если показать интересный фильм, поделиться пирогом в кафе или отпустить на охоту, вам не кажется нелогичным, нелогично это и в других сферах и аспектах совместной жизни (правильно как для брачных уз, так и внебрачных отношений). Ведь вам важно, чтобы та единственная/тот единственный, получили удовольствие от созерцания, поедания или первобытного развлечения. Все становиться сложнее, когда речь заходит об удовольствии с другим человеком, от другого человека. Мы действительно не ревнуем к книге, мороженому или верховой езде.

Но легко начинаем ревновать к интересному собеседнику, члену дворовой футбольной лиги и симпатичной официантке в кафе. Почему? Мы чувствуем «угрозу». Угроза эта исходит от потенциальных партнеров для наших «половинок». Смешно опасаться, что вас заменит кружок по вышиванию, телевизионный сериал или увлечение математическими головоломками. Но другой человек, оцененный вами, сознательно или нет, как потенциальную «замену», сразу становиться «угрозой».

Вдруг, неожиданно, оказывается, что все ваши возвышенные желание разделить красоту и удовольствия этого мира с любимой, уже не так важны. Вам совсем не кажется значимым желание позволить любимому получить удовольствие от интересной беседы, круглой задницы или нежного голоса. Все ваше естество становится на защиту вашего «злата», над которым мы вместе чахли страницей выше. Отпустив на волю чувство собственной несостоятельности и позволив себе радость дарения удовольствий предмету нашей любви, мы обязательно помешаем обоим ревностям расцвести на клумбе собственных страхов и комплексов.

«Легко сказать» — ответят многие. «Если меня до сих пор не убедили в моей красоте или успешности, если до сих пор мне хочется охранять мое „сокровище“, как сделать так, как предлагает этот напыщенный автор?»

Единого рецепта, панацеи на все случаи, нет. Сколько людей, пар, столько и вариантов. Один из инструментов, это конечно «открытые отношения». Отношения в которых пересекаясь с «чужими», мы поднимаем свою самооценку. Ведь нас теперь желают не только потому, что «обязаны» (по брачному договору или социальной привычки). Мы теперь желанны просто потому что это мы. Каждый по своему. Мы вырастаем в своих глазах и в глазах наших партнеров. Конструируя и лепя эти новые отношения, отношения в более открытом формате (разумеется, про это отдельно и подробно), мы создаем новые возможности для самоутверждения не застревая в «обязательном» и «само-собой разумеющимся».

Что же касается «нужного» количество любви к своему партнеру — это третья ревность. Ревность, которая уже не будет отрицательным переживанием. Ревность подтверждения.

Мы, скорее всего, не перестанем сравнивать себя с другими партнерами, не перестанем желать продолжения отношений с нашими «половинками». То есть, как-бы и не расстанемся с ревностью не- обладания и ревностью охранения, но приобретем возможность получать от ревности удовольствие. Как это? Попробую объяснить… Наверняка большинству из нас приходилось ломать руку или ногу. Будь это в детстве или взрослом возрасте. Никто не застрахован от бытовых или спортивных травм. Случались и порезы. Конечно, гипс или бинт мешают в повседневных делах. Сковывают движения. И вообще, исключительно неприятная вещь. Это бесспорно.

И вот проходит время, излечившись таким или иным способом мы отказываемся от повязки или фиксации, и уже возвращаемся в обычное здоровое состояние нашего тела. И вот на изломе этих перемен, когда изъятая на свет кожа начинает приобретать здоровый цвет, мы ощущаем некий зуд, желание потрогать, почесать, согнуть еще раз. Как бы проверяя «все ли на месте». Наши действия во время этой «проверки периферийных устройств» доставляет нам сознательное или почти сознательное удовольствие.

Мы как бы вновь соединяемся с той частью тела, которая была для нас ограничена в доступе и использованию. Это удовольствие, метафорически, очень похожа на третий тип ревности, который я пытаюсь описать — ревность подтверждения. И тут, вы либо верите мне на слово, либо пробуете сами, но я описываю свои ощущения. Когда я вижу свою любимую супругу в руках другого человека, я испытываю именно тут самый «зуд», который позволяет мне воссоединиться с моей реальностью, реальностью существования моего партнера.

Мне доставляет удовольствие, почти физическое, «проверять» заново сам факт того, что у меня есть вот такая жена. Она умна, красива, привлекательна. Нет не для меня. Для меня она была такой и до этого момента.

Я ощущаю все эти качества через призму отношения к ней другого «чужого» человека. Этот «зуд», это сладкое «неприятное» чувство, обогащает мое видение супруги. Я горжусь ею, горжусь обладанием ей, я желаю ее еще сильнее. Ведь мои ощущения по отношению к этой женщине усилились, как усиливается звуковая волна в радиоприемнике. Я смотрю на эту картинку, и чем дальше тем сильнее громкость, тем «жирнее» басы и мелодичнее фортепьянная партия. Размер-же моей любви к ней позволяет радоваться удовольствию, которая женщина всей моей жизни получит в объятиях другого человека. Эта любовь мощнее и громче того «зуда» ревности, который чувствуется во всех членах моего тела…

И раз уж в последнем абзаце появилось такое большое количество многоточий, закончу коротенькой историей.

В одном южном и раскрепощенном городе жила-была пара. Они были женаты, симпатичны и успешны. Практиковали обмен партнерами, занятия спортом и дружеские беседы. Он любил ее, а она его. Несметное количество раз в их доме звучало: «Я люблю тебя». Эти слова были всегда правильными и честными. Они не говорились для того, чтобы угодить или успокоить. Но это были слова. Они говорились сотни тысяч раз. И от частоты не становились менее ценными.

В те минуты, когда слова были не к месту (неужели бывает момент, когда слова «я люблю тебя», могут быть не к месту?), они говорили это друг-другу глазами. Их взгляды пересекались, даже во время группового секса, в пылу объятий и сплетенных тел. И они говорили друг-другу, то что хотелось, то, что нужно было им обоим.

Однажды на «свингерском пути», им повстречалась пара, которая потребовала, «для начала», разделиться по разным спальням, «чтобы спокойно познакомиться и не мешать друг другу». Будучи вежливыми и опытными, ребята согласились. Партнеры были привлекательны, обстановка приятна и музыка обволакивала горящие в гостиной свечи.

Она пошла в обнимку с хозяином вечеринки, он же ушел в другую комнату с хозяйкой бала. Это был далеко не первый эксперимент в их сексуальной жизни. Они доверяли друг-другу и позволяли свободу выбора и количество удовольствий.

И вот в разгар всеобщих утех и плотских радостей, Он и Она стали искать глаза, которые скажут «я люблю тебя», но все что они нашли — старые постеры группы Pink Floyd и этнический орнамент ковра… Вы же не ожидали от меня душещипательной сказки про грустных извращенцев?! Ожидали? Попались! Увидимся по ту сторону этого текста…

© Ша Радио

4 мыслей о “[Гостевая публикация Ша Радио]. Обидеть мальчика”

Оставьте комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *